АПКИТ
Регистрация на страничку Обсуждений (форум)

Регистрация на Форуме


 
ФИО*
E-mail*
Компания
Должность
 

* - Поля, обязательные для заполнения

Об ассоциации
Новости
События
Правление
Комитеты
Партнеры
Фотогалерея
 

Члены АПКИТ Как вступить в АП КИТ Предложение региональным компаниям


Терминология

«Товарное рейдерство» - как работает «схема»

(незаконное изъятие товара с целью последующей продажи по заниженным ценам)

«Рейдерской атаке» подвергается собственность компаний, в данном случае – товарные активы. Как правило, это крупные партии ликвидного товара (мелкие партии для такого «бизнеса» не интересны), которые легко реализовать в относительно короткие сроки.

  1. Участниками преступного сговора или сообщества выбирается ИТ-компания – потенциальная жертва. Создается формальный повод. Например, берется уже существующее уголовное дело по контрабанде где-нибудь в Дагестане или в Зеленограде. Осуществляется «привязка» компании-жертвы к этому делу – «обнаруживаются сведения», что жертва хранит товар, имеющий отношение к делу.
    Доказательство производится путем подбрасывания документов с «нужной» печатью на склад, либо по показателям лже-свидетелей, которые сами «из Узбекистана или Омской области» и «где будут жить, не знают», «у кого работают - не помнят», но знают, что «возили контрабанду» на склад компании-жертвы.
  2. Следователь выписывает по этому «притянутому» делу постановление на обыск (изъятие) товаров, которые «могут иметь значение для уголовного дела». В результате сотрудниками милиции (например, ОБЭП или Управления «Х») изымается товар, вне зависимости от имеющихся на него документов (договора, накладные, копии ГТД и пр.). В отдельных случаях документы вообще пытаются не принимать. Изъятие происходит с автоматчиками и прочими устрашениями. Товар вывозится якобы на склады фирмы, аккредитованной при РФФИ и «передается на ответственное хранение».
  3. Физически товар начинает продаваться сразу же (или почти сразу), т.е. до момента вынесения соответствующего судебного решения. Причем продается либо без документов, либо с «поддельными» документами.
    Прикрывается это следующим образом. Директор фирмы при РФФИ пишет обоснование, что при разгрузке был «снег-дождь-град», товар испортился, хранить его невыгодно, складов не хватает, крыша потекла и т.п. Поэтому товар надо срочно продать.
    В ответ следователь или прокурор «соглашается с доводами» и выписывает «Постановление о передаче вещественных доказательств для реализации», предварительно признав товар "вещдоком" по уголовному делу.
  4. Занижение цены товара. Оценка товара «нужным оценщиком» будет под надуманными предлогами занижена от 4-х до 50-и раз.
    Предположим, реальная цена изъятого товара = 100 млн.руб. После «работы оценщика» эта сумма снизится до 25 или даже 2 млн.руб. Степень занижения зависит от того, как «идут дела» по параллельному запугиванию компании-жертвы. Предположим, что оценка «получилась» в 10 млн.руб. (занижение в 10 раз).
    Далее чиновник в РФФИ подписывает «Поручение на реализацию имущества» руководству фирмы, аккредитованной при РФФИ (которая должна по документам хранить товар). Происходит переписка между РФФИ, милицией, прокуратурой, фирмами при РФФИ, оценщиками, заключаются договора купли-продажи и т.п. Суть - разрешить продать товар по заниженной в разы или десятки раз цене и «представить отчет о работе».
  5. Фирма при РФФИ продает товар по заниженной цене «промежуточной» фирме, в большинстве случаев принадлежащей самим участникам сговора или «близким» за те же 10 млн.руб. (эти деньги перечисляются потом на депозитный счет Прокуратуры).
    Если фирма-жертва «добьется правды», то через 2-3 года судебных разбирательств, после признания того, что фирма не виновна, она получит в качестве компенсации депозит со счетов Прокуратуры. Хотя такие прецеденты на ИТ-рынке были, это, скорее, исключение из правил.
  6. Затем с целью быстрого получения денег и «заметания следов» товар продается «заказчику» или реальному покупателю (иногда, к сожалению, крупной ИТ-компании, способной продать этот мошеннически изъятый, а по сути, краденный товар), например, по 70 млн.руб., т.е. на 30% ниже реальной себестоимости товара.
    Эта «удачно сэкономившая» ИТ-компания фактически становится соучастником преступления. Как и какая часть товара оформляется, не суть важно. Например, по документам оформляется за 10,1 млн.руб., остальное - за неучтенные наличные деньги.
    Разница остается у организаторов «схемы товарного рейдерства» и их помощников. Или вся сумма платится «налом», чтобы «разорвать» цепочку продаж по документам.
    Поскольку одновременно с вывозом товара организаторы «схемы товарного рейдерства» занимаются запугиванием и вымогательством, зачастую вся «схема» завершается по укороченному алгоритму. Уже на втором этапе, во время вывоза товара (длящегося порой несколько суток) жертва «откупается», и товар или часть товара возвращают.  Организаторы  при этом могут вымогать от 20% до 50% реальной стоимости товара.

Описанная схема хорошо отлажена и функционирует уже не первый год. Ее процветанию способствуют:

  • коррупция в госорганах;
  • пробелы законодательства;
  • нарушение этических норм отдельными ИТ-компаниями, готовыми продавать
  • мошеннически изъятый, а по сути, краденный товар или строящие на этом свой бизнес;
  • «практика делового оборота» с возможными нарушениями при импорте-экспорте товаров.

ИТ-сообщество может и способно противостоять этому разрушительному для бизнеса явлению. На это направлены законодательные инициативы, подписание «Хартии руководителей ИТ-компаний по вопросам этики и защиты собственности», предложение по сбору информации обо всех подобных фактах и широкому обсуждению криминальных схем «товарного рейдерства» и их фигурантов в СМИ, а также формирование механизма консультационной и правовой поддержки пострадавших.